Информационно-публицистическая газета

Газета «Персона». Архив

16 октября 2021
Юрий Шеляпин
президент холдинга "Эко-Тепло"
Дата выпуска: 8 февраля 2020

Ольга Ярцева, дочь

Дата публикации: 08.02.2020
Ольга Ярцева, дочь

Родилась 10 мая 1965 года. Окончила MИСИ, имеет степень магистра делового администрирования (MBA).
Замужем. Сыну Юрию 32 года, а дочери Маше 4. Хобби – любит рисовать цветы и пейзажи.

– Ольга, получается, что Вы потомственный строитель.

– Точно. Люблю все перестраивать и улучшать, например дачу. Муж рыдает, говорит: «Ну хотя бы одно лето давай отдохнем…»

– Сына в честь отца назвали?

– У меня даже вариантов не было.

– А дочку почему Машей, а не Ольгой?

– Хотели Ольгой. Но у нас внучка Даша, которой 6 лет, а в крещении она Ольга. Вот и подумали, что если Маша будет еще Ольгой, то это уже перебор, просто комично будет.

– Вы работаете или домохозяйка?

– Как сказать? Вообще-то я генеральный директор компании, которая занимается продажей новозеландских товаров высшего качества. Но у меня теперь новое увлечение – ресторанчик. Я так красиво его оформила, все обустроила как дома. И людям там очень нравится.

– В Москве, в Конакове или в Ольгине?

– В Одинцове. Но бизнес пока прибыли не приносит. Только радует. Это, конечно же, блажь, потому что всем должны заниматься профессионалы.

– Наверное, нелегко быть дочерью такого и занятого, и влиятельного человека.

– Тут главное – сильного человека.

– И сильного, конечно, тоже, но ведь и Вы не из слабых. 

– Я знаю одну известную артистку, которая страдала от того, что сколько бы она, труженица, ни старалась, всегда будет дочерью известной актрисы. Вот и я, как бы ни работала, какие бы великие мысли ни рождала, всегда буду дочкой Шеляпина. Такого человека не перепрыгнуть никому и никогда.
Папа всегда был занят, очень много работал. Но все выходные я проводила с ним, маленькой с папой возилась под капотом. Вечно аж черная была. С тех пор у меня любовь к машинам. Но возле папы всегда были друзья, люди, мне места мало оставалось. Хотя, когда я болела или мне было плохо, всегда возле меня был папа. 

– На внуков у него тоже нет времени?

– У него при всей любви к нам на месте семьи – работа. 
Он очень заводной, увлекающийся человек и очень добрый. Любая беда – готов помочь, жертвуя даже своей семьей. Но при том что в семье его фактически нет, он очень хороший отец, муж, дед. 

– То есть заботу его Вы чувствуете?

– Да. Но я стараюсь все решать сама, поэтому папа не знает многих моих проблем. Тем не менее без него я бы не стала тем, кем стала. И очень хочу, чтобы он гордился мной.
Я всегда помогала семье. Не поверите, когда первый раз вышла замуж, мы с мужем летом пасли коров – эта была адская работа. Только в кино пастухи ездят верхом и поют песни. 

– Вы пасли коров? 

– Я вышла замуж по любви за бедного паренька. Родители не запрещали, но сказали: «Хочешь – вперед». И мы пасли коров, работали дворниками, в том числе зимой, а по ночам муж подрабатывал грузчиком... Но получилось так, что мы пошли пасти коров, чтобы купить цветной телевизор, а в итоге хорошо помогли папе финансово, так как пасли коров там, где была наша дача, которую у папы хотели забрать... Но наша работа этому помешала.

– Родители тогда Вам не могли помочь?

– Они сами только-только поднимались. Я им благодарна за такую жизненную закалку. Зато сегодня я сильная и многое могу. 

– Ольга Юрьевна, Вы помогаете отцу в его бизнесе? 

– Когда-то помогала и пошла получать степень MBA, чтобы знать, как помочь ему получше. Но у нас очень похожие характеры. В результате как два петуха...
К тому же для отца я по сей день маленькая глупенькая дочка. 
Когда развелась и пошла работать к нему прорабом, в итоге стала лучшим прорабом на стройке. Не потому, что я папенькина дочка, а потому что я реально пахала и не воровала. Приходила и говорила: «Папа, вот это можно сделать вот так, так и так». А он и слушать не хотел. Я уходила к себе в кабинет и рассказывала свои мысли помощнице, а она пересказывала их ему. И вот тогда, из чужих уст они ему нравились, хвалил помощницу: «Какие стоящие вещи девка предлагает…»
Раньше я от такой недооценки страдала, сейчас уже нет. 
– А как Вы относитесь к его щедрому меценатству? Он все время чем-то помогает совершенно незнакомым людям. Вы тоже такое практикуете или это чисто его хобби?
– Детскому дому помогаю уже лет восемнадцать. Построила кинутому писателю Воробьеву дом. Читали «Весьегонская волчица»? Нет? Любопытный писатель. Его кинули с жильем, и он жил в лесу в сарае с 28 кошками. Меня попросили помочь починить там крышу, которая текла. Приехала, посмотрела и к зиме построила ему домик с туалетом и душем. Маленький такой, деревянный.

– Сейчас все хорошо у него?

– Уже умер. Но несколько месяцев пожил счастливо. Очень много у нас жестокости к старикам. Стараюсь им помогать – хлеб, цветы покупаю. Мои бабушки меня очень любят. 
В Конакове открыла фаянсовый музей и пополняю его. А еще лечу собак в приютах.

– Музей популярнее, чем ресторанчик в Одинцове?

– Это несопоставимые вещи. В музей едут со всей России. Здесь был большой завод «Конаковский фаянс». Потом его разгромили. А у меня в музее громадная коллекция. Жители района гордятся, что у них есть такой музей. Но, когда было его открытие, разговоры были малоприятные: «Наворовала денег и бесится с жиру». Никто ведь не знал, да и сейчас не знает, что я из-за этого музея вся в долгах, потому что  экспонаты там очень дорогие.
Чтобы купить экспонаты, кредиты брала большие, и, соответственно, долги накопились колоссальные. Зачем? Мне просто Россию жалко, которая завалена китайским ширпотребом. Вот и захотелось это все исконно русское собрать хоть в музее. У меня там большая коллекция.

– Мне кажется, что Юрий Ефимович очень Вами гордится. И про то, как Вы прорабили, он нам рассказывал: «Она у меня ух!» Поэтому, может быть, в обиходе – маленькая девочка, которая так никогда и не вырастет, а в душе – гордость за такую крутую дочь и за Россию.

– Да, для него я никогда не вырасту.

– Как Вы думаете, какая у него главная черта характера?

– Сложно сказать. Он многогранный. Главное, он творец. И когда творит, получает от этого колоссальное удовольствие.

– Странно, что Вы не занялись гостиничным бизнесом. Как Вы относитесь к такой папиной переквалификации? В его возрасте встать на новые рельсы и осваивать новый вид деятельности – это ведь очень смело и трудно.

– Наверное, я не подключилась к этому, потому что не верила в успех. Но у него почему-то все получается. Говорит: «Сделаю!» – и ведь делает.

– Кстати, он рассказывал, что Вы один из номеров в отеле перепланировали, и все поняли, что так и надо делать.

– Да, я полностью переделала номер 201 в «Империале». И он теперь считается самым лучшим. 

– Похоже, Ваша женская рука там нужна...

– Нет, вместе работать мы не можем, хотя безумно любим друг друга, но…  Раньше мы даже находиться в одной комнате могли только полчаса, потом был бдыщ. Сегодня гораздо дольше уже можем. Но это не главное. Самое ценное в нем для нашей семьи, что он любящий муж, отец и дед.

Вход на сайт