Газета «Персона». Архив

Родился 6 августа 1975 года в городе Загорске (ныне — Сергиев Посад) Московской области. Окончил Московскую финансово-юридическую академию и Северо-Западную академию государственной службы. К. и. н. Женат, двое детей. Увлекается искусством, любит футбол, хоккей и с детства занимается боксом.

— Сергей Александрович, припомните для наших читателей уникальные решения, которые на Ваших глазах принимал Марат Шакирзянович.

— Был период, когда проблема дольщиков была первостепенной. А эта работа, надо честно сказать, началась еще задолго до моего прихода в Государственную Думу и до назначения Хуснуллина вице-премьером. Но тогда ситуацию не получалось сдвинуть с мертвой точки. Когда мы к ней присоединились, было не до уникальных решений. Проблему разделили на две части: федеральную и региональную.

С помощью федерального механизма создали фонд дольщиков, через который часть квартир была достроена, а часть пострадавших получила компенсации. Остальные задачи регионы стали решать самостоятельно.

На сегодняшний день около 112 тысяч обманутых дольщиков получили либо жилье, либо компенсации. Остальные около 10 тысяч человек должны все получить до конца этого года. Уверен, скоро можно будет зафиксировать, что обязательства выполнены.

В процессе реализации мы предоставляли фонду и регионам дополнительные полномочия, что, хотя и не было системными изменениями, оказалось очень важным. Бюджетные средства на эти цели закладывались совместно Государствен-ной Думой с Правительством РФ, что сыграло ключевую роль и позволило решить много проблем.

Кроме того, было принято решение о переходе на эскроу-счета при строительстве, что исключило появление новых обманутых дольщиков, так как в случае банкротства застройщика вступает гарантийное обязательство банка, который либо возвращает деньги дольщикам, либо достраивает дом. Пока таких случаев не было, хотя все же несколько домов находятся в так называемой желтой зоне риска, но новых обманутых дольщиков не появится.

(Эскроу-счет — это специальный счет в банке, который открывается для расчетов между покупателем квартиры в строящемся доме и застройщиком. — Прим. ред.)

Мы много решений принимали оперативно, как только видели возможность что-то улучшить. Было внесено множество изменений в законодательство и нормативные акты.

Вместе с коллегами из прокуратуры и правительства вносили изменения. В прошлом году дали фонду дополнительные полномочия, чтобы ускорить процесс хотя бы на полгода. Эти решения, возможно, были не такие системные и поворотные, но в совокупности они дали возможность победить проблемы, которые долгие годы считались нерешаемыми.

Был еще опыт работы по разбюрократизации процессов в строительстве — Президент РФ так обозначил эту проблему. Дело в том, что в период поздних 90-х и в нулевых годах было принято так много положений о контроле, что строительный цикл от момента принятия решения инвесторами в начале стройки до ввода в эксплуатацию составлял 4–5 лет, и это считалось нормальным.

А у Марата Шакирзяновича возникла очень интересная идея визуально это изобразить. На длинном рулоне бумаги, примерно раза в два длиннее, чем мой кабинет, был выписан каждый шаг, каждое действие, которое было необходимо сделать инвестору и строителю, чтобы довести объект от момента принятия решения до ввода в эксплуатацию. Там было около трех тысяч согласований. Сейчас их осталось меньше тысячи. Раскатывали мы его у Хуснуллина в кабинете, а потом этот раритет перекочевал в кабинет Ирека Файзуллина.

Визуально было очень хорошо видно, насколько непростая работа предстоит. И мы шаг за шагом обрубали все лишние полномочия, стараясь, конечно, в первую очередь исходить из того, чтобы безопасность не пострадала. Там и само правительство очень многое почистило. Только в прошлом году за одну сессию мы вместе с Хуснуллиным приняли около 40 законов.

Много процессов запустили, например, цифровизацию отрасли и информационное моделирование, которое позволяет взаимодействовать в едином цифровом пространстве. Процесс идет шаг за шагом, и это одно из важнейших современных изменений отрасли.

— А как обстоят дела с дорожным строительством?

— Это не профильный вопрос нашего комитета, но мы тесно сотрудничаем с комитетом по дорогам. Много решений принято по упрощению процедур и развитию дорожной инфраструктуры.

— Можно сказать, что у Марата Шакирзяновича такое кредо — радикально ускорять строительные процессы?

— Да, и для этого необходимы изменения в законодательстве. Он отлично понимает, как его решения влияют на рынок и сам процесс строительства. Благодаря его опыту работы в Татарстане, Москве и других регионах с высокими темпами и объемами строительства он предвидит и последствия решений. Это ключ к успеху.

Плюс Марата Шакирзяновича еще и в том, что он досконально знает стройку. То есть ему несложно понять, как то или иное решение отразится завтра непосредственно на строительной отрасли.

— Как Вы оцениваете влияние скоростных трасс федерального значения, таких как М-12 «Восток», на рост экономики регионов?

— Будущее развитие территорий — это как раз тот вопрос, за который отвечает Хуснуллин.

Градостроительная политика — важнейший момент, которому до недавнего времени мы уделяли очень мало внимания, хотя по сути это план работы. А у нас в этой отрасли командовал инвестор. То есть покупает человек поле и говорит: «Я там хочу строить дома». Вот, собственно, и все. Никто ему отказать не может, формально все документы в порядке, и он строит. А надо по-другому. Власть должна четко понимать, как она будет развивать свои территории, где сколько необходимо жилья, где будут соцобъекты.

Мы потихонечку, шаг за шагом к этому идем. Трассы создают жизнь вокруг себя, пример тому — дорога Москва —Казань, которая стала драйвером экономики регионов.

Хуснуллин был одним из движков строительства этой магистрали. Он оказался прав, когда это решение защищал. Сейчас видим, что вокруг нее все начинает оживать.

Да и до Казани теперь добраться на машине можно за 5 или 6 часов, что тоже очень важно. Это пример решений масштабного видения того, как территории должны развиваться.

Во Владимирской области сейчас бум жилищного строительства, так как теперь оттуда до Москвы ехать полтора часа, а стоимость квадратного метра в столице значительно выше. Вот и возрос интерес к этому жилью. То есть транспортная артерия — это жизнь.

Но самое главное — осознанность принятия таких решений. Поэтому, когда мы говорим, что будем развивать конкретные территории, сегодня это значит, что там нужно строить дороги.

— В чем суть пакета поправок по комплексному развитию территорий?

— Теперь регионы получили возможность не только строить отдельные дома или даже микрорайоны, но и принимать решения о комплексном развитии их территорий и очень быстро и просто оформлять все необходимые бумаги. То, что раньше годами не решалось, теперь можно сделать за несколько месяцев благодаря Хуснуллину.

Поэтому все согласились с тем, что эти решения способны изменить наши города.

— А в разработке программы «Инфраструктура для жизни» вы принимали участие?

— С самого начала, с постановки задачи президентом. И Марату Шакирзяновичу надо спасибо сказать, что мы в этом тоже принимали участие. А по предложению Хуснуллина я еще и возглавил общественный совет нацпроекта, поэтому здесь мы полностью работаем вместе.

— А так бывает, что совсем какие-то маленькие истории, связанные с обращением к Вам избирателей, находят отражение в таких грандиозных программах?

— Да, например, в прошлом году мы приняли два закона, посвященных теме комплексного развития территорий. Информацию собрали, проведя пять или семь выездных заседаний комитета. И как итог нашего вояжа по стране родилось два блока больших существенных поправок в законопроект, который позволяет сельхозтерритории использовать под индивидуальное жилищное строительство.

Вопросы задавала Елена Рудникова